Павел как решил, так и сделал. В воскресенье за ужином он признался отцу и матери в своем намерении. Мать было в слезы.
babes levantou a voz feriram
— Не распускай-ка слюни-то! — прикрикнул отец. — Человеку душу поранили, пускай очунется. И не на баловство, на работу идет. traquinice
— Какая там работа: дымари-то эвон сколь еще дома пробудут. passarão
— В лесу дела завсегда хватит. local de destilação reparar
И верно, дел на смолокурне оказалось немало. Надо было печи в дегтярне починить, дров к холодам заготовить. Всем этим осенью дымари занимались с неделю, прежде
destilar resina alcatrão
чем жечь уголь, гнать смолу и дёготь. Павел первые дни трудился с утра до вечера, не
tinham saudades oprimiam
жалея сил: руки стосковались по делу, да на работе и душу не угнетали тяжелые думы.
tarimba
А вечером он, усталый, валился на нары и тут же засыпал крепким здоровым сном.
На пятый день Дымов с утра взял ружье и с рассветом отправился в Боровскую больницу. Найда, единственное живое существо, которое разделяло с Павлом в лесу одиночество, потеряла свою собачью голову от радости. Пока собирался охотник, она
ladeava se colava ganindo
то лаяла, то прыгала, то припадала к земле, скуля, то бросалась к своему хозяину на грудь и старалась лизнуть его в лицо. А как только он вскинул ружье на плечо и пустился в путь, понеслась вперед и скрылась в лесу.
«Собака и та тоскует без дела-то», — подумал Павел и глянул вверх. Там тоже на стволе дерева трудился дятел, звонко постукивая своим клювом-долотом. escopro
passarinhos davam ânimo azafamada
Дымов любил лес и разных пичужек в нем. Они бодрили дух своей хлопотливой жизнью. Он отдыхал, любуясь ими. desilusão patos lagos pântanos
Но в это утро парень пережил и горькое разочарование. Уток на озёрах и болотах
encher-se
встретил столько, что казалось, можно обвешаться ими, а убил одну. С левой руки
incómodo chamuscou em vão
стрелять было несподручно. Палил много, и все впустую. Даже Найда не выдержала.
tiros falhados
После первых промахов она как-то виновато отходила в сторону, а потом села против
arreganhou-se cehsura
мазилы охотника, оскалилась и посмотрела ему в глаза с собачьим укором.
revoltou-se
— Что смотришь, дура?—взорвало Павла.— У тебя два глаза, а у меня один, и тот левый.
На приеме Волоцкий спросил:
— Ну, как у вас с глазом?
— С глазом-то бы ничего, а вот без глаза совсем худо, — пожаловался парень. — Никак не могу с левой руки приспособиться стрелять. adaptar-me
— Да, не сразу привыкнете... А дичи много?
— Страсть!
vou visitá-lo caçar
— Я нагряну к вам в воскресенье. Охотиться мне разрешили.
atalho m,invernadouro
— Ой, далеко через Духово-то, а прямушкой не найти вам нашего зимовья,
perder-se-á
заблудитесь. Я лучше встречу вас, Орест Павлович, на заре у Дубовой гривы. Знаете, что против больницы за рекой?
— Хорошо.
Когда остались одни, Дымов чистосердечно признался, что чуть голову не потерял, как столкнулся с Тарановым, потому и ушел в лес от греха. Волоцкий одобрил решение Павла, посоветовал:
— Вам в уединении надо с книгами подружиться. Чтобы вести с народом работу, самому надо много знать.
— Читарь-то я немудрый. По этой части у нас Наумов мастак.
— И вам надо к этому привыкать, Павел Матвеевич. Вы знаете в Дубровине кузнеца Кондратия Пеплова?
— Пеплов на всю волость известный человек.
— Так вот, на обратном пути сделайте небольшой круг, зайдите к нему и скажите с глазу на глаз, что от меня. Он вам даст книжку. Правда, она трудновата на первый раз.
se perturbe
Но вы не смущайтесь. Что не поймете — встретимся в лесу, потолкуем.
ajustou
Вечером Павел, уставший за день, забрался на нары, приспособил лампу и углубился
ajeitou-se
в чтение. Найда примостилась рядом, положив голову на колени хозяину. А он, поглаживая собаку, читал как откровение: «Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма».
Дымов слыхал в тюрьме это нерусское слово «коммунизм», знал, что Ключев и его товарищи называли себя коммунистами. Но что это такое, толком не разобрался. И вот в руках Манифест этой партии. Много в нем было трудного и непонятного. Все казалось в густом тумане. Кто такие Меттерних, Гизо — бог весть. Непонятно было, что значит «цивилизация», «средства производства». Даже простые слова «класс», «орудие», «труд» в книжке употреблялись в каком-то новом значении.
И несмотря на весь этот туман, многое было ясно и близко Павлу. Отдельные мысли так поражали своей правдой, что парень невольно щурился, как от ослепительных лучей солнца. Он раз десять перечитал, что семейные отношения в буржуазном обществе стали чисто денежными отношениями, и, когда смысл этих слов дошел до сознания, дымарь хлопнул Найду по спине и крикнул:
ajustam casamento
— Верно! Продают, а не просватывают отцы дочерей! И Катю продали!
«Буржуазия превратила врача, юриста, священника, поэта, человека науки в своих платных наёмных работников». assalariados
ao casar
— А что, Найда, не так? Катя кричала на всю церковь под венцом, что она «обещалась
ficou surdo celebrou os esponsais
другому», а поп Яшка словно оглох, обручил ее с Васькой, потому тот сунул ему столько, что свет у попа помутился. Купил! torvou-se
colou-se
Припал дымарь к чудесной книге в пятницу и всю ночь глаз не сомкнул. Забылся всего на какой-то час на утре. А в субботу и за дело не брался: весь день читал. Многие места запомнил наизусть, так они поражали его. Воскресного дня ждал с нетерпением.
Когда же наступило это долгожданное праздничное утро и Павел столкнулся в Дубовой
pigarreando vencendo
гриве с Волоцким, он, откашливаясь, превозмогая волнение, спросил врача:
— Орест Павлович, в книжке-то той написано: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», что «рабочий класс не имеет отечества», а на деле немецкие рабочие стали за свое
espancar
отечество, наши за свое, разъединились да и пошли друг дружку колошматить. Рабочие-то не наш брат темный мужик. Как это уразуметь?entender
Волоцкий терпеливо объяснил, что такое рабочий класс, что не так-то просто этому классу выразить свою волю, что есть партии, называющие себя защитниками интересов трудящихся, а на деле предающие эти интересы. Объяснил, что в России, как и на Западе, много разных партий с громкими названиями: социалисты-революционеры, трудовики, конституционные демократы или кадеты, которые называют себя партией
figadais fez ver
народной свободы, а на самом деле — непримиримые враги народа. Он растолковал, что и социал-демократическая рабочая партия имеет два крыла — большевиков и меньшевиков, что только большевики по-настоящему борются за то, чему учили Маркс и Энгельс в «Манифесте коммунистической партии», и что вождь большевиков-коммунистов — Ленин.
— Большевики, Павел Матвеевич, против защиты буржуазного отечества, — говорил
cova montículo absolutismo
Волоцкий, подходя к озерине, прыгая с кочки на кочку. — И чем скорее самодержавие
sofrer derrota livrar-se
потерпит поражение в войне, тем легче сбросить его с плеч народа. Тшш!.. — вдруг
espargânio esperando
остановился он, видя, что его пес Верный замер у кустов в осоке и смотрит выжидающе то на воду, то на хозяина.
aproximaram-se levantaram voo
Охотники незаметно подкрались почти к самой воде. Утки с шумом вспорхнули. Прогремели два выстрела, и два чирка упали в воду. patos incómodo
— Ну вот, Павел Матвеевич, а вы жаловались, что с левой руки стрелять несподручно!
habituo-me
— Осваиваюсь помаленьку, учусь.
— Человек всему может научиться, всему! — подчеркнул врач. — И стрелять с левой руки, и понимать глубочайшее значение «Манифеста», и разбираться, какая партия чьи интересы защищает.
Этот день у Павла был полон событий. Когда они с Волоцким, усталые и голодные, добрались до зимовья, там ожидали гости — Игнатий с женой. Анна чистила рыбу,
eremita ajustava panelinha
принесенную в дар отшельнику, а Игнатий приспосабливал котелок на вилашки.
arrebatado sopa de peixe
Встреча друзей была бурной. Потом Анна варила уху, охотники приводили себя в порядок, умывались. Обедали на лугу из общего блюда, шутили, смеялись. Когда
cesta ervilha
покончили с рыбой, Анна принесла полное лукошко зеленого гороху.
legumes
— Сегодня второй Спас! — сообщила она. — Всякий фрукт и овощ разрешены. Побалуйтесь-ка! — поклонилась. deleitem-se
par ou ímpar
И все с удовольствием «баловались», играли в чёт-нечет. Анна смотрела, смотрела на Волоцкого, увлеченного игрой, и спросила:
esturjão comia rebentos abeto
— А вы, Орест Павлович, северюгу едали? Северюгой зовут молодые побеги ели, любимое лакомство деревенских ребятишек на севере. gulodice
eficaz escorbuto
— Едал, и очень много, — признался врач. — Очень действенное средство от цинги.
extraía amendoins
И сосновый сок сочил, и земляные орехи люблю. pistilos ia campo lavrado
— Ну?! — обрадовалась Анна. — Поди, и за пестами хаживали на пашню?
costumes simples
Все эти мелочи северного быта, неприхотливые, но всегда дорогие для северянина, как-то сближали людей, роднили их. Эта беседа особенно действовала на Анну. Натура
sensível bondosa terra
чуткая, отзывчивая, она любила свой край и была рада, что человек, которого она
tinha em apreço descascava
уважала, находил удовольствие в том же, чем она дорожила с детства. Она лущила горох, с аппетитом ела сочные зёрна и смотрела на сидящих и на все, что окружало, счастливым взглядом. haste de erva
— Как хорошо у господа-то устроено на земле: и лес-то, и небо, и каждая былинку! — радостно вздохнула Анна. — Вы только гляньте, что вокруг деется! — И зачарованно смотрела на широкую поляну зимовья, на темную стену леса за ней, на легкие паруски облаков.
— Да, природа здесь прекрасная! — согласился Орест Павлович.
mirtilos
Скоро Анна ушла в лес собрать брусники. Мужчины закурили. Без Анны разговор как-то не клеился. Волоцкий молчал. Павлу чего-то не хотелось делиться с другом, как он «осматривается» в лесу. А Игнатию было стыдно за прошлый спор с Павлом, но в то же время и надо было признаться, что ошибался. Прямо сказать об этом что-то мешало.
oprimia
Но после долгого угнетающего молчания Наумов решился-таки начать издалека. Он рассказал о стараниях Векшина и заключил:
para inglês ver do diabo
— Верно ты говорил, Пашка, для отвода глаз хапуга тысячу-то на тот лешачий алтарь положил. iluminou-se
Орест Павлович засмеялся. А Павел сразу просветлел.
deformou
— Дошло-таки, патриёт! — Он нарочно исказил неприятное ему слово.
Смешно стало и Игнатию.
confessou para jogar
— Я сам, — покаялся он, — на тот... алтарь последний золотой положил, как псу под хвост сунул. fora
— Лешачий алтарь, говорите? — спросил Волоцкий. — Непочтительно вы, однако, о святыне, Игнатий Иванович.
— Черт бы взял ту святыню! — Наумов оглянулся, не видно ли поблизости Анны, и рубанул по-мужичьи: — Я давно примечал, что эта святыня, как наша стерва Марфутка, — Игнатий назвал ее грубее, — с виду мила, нарядна, а что под этим нарядом кроется... — поморщился и сплюнул.
— Игнашка, я не узнаю тебя! — хохотал Павел. Наумова, спокойного,
equilibrado ultrajados
уравновешенного, действительно трудно было узнать в эти минуты, так оскорблены были его лучшие чувства обманом, так ему, принявшему этот обман за правду, было
desbragamento sacudindo
обидно и больно, что он, враг сквернословия, стряхивая с себя эту ложь, не стеснялся в выражениях. te recobraste
— Я рад, Игнатий, что ты очухался! — торжествовал Павел.
— Это была куриная слепота. Спасибо Ивану Борисовичу — вылечил!
— Вас жизнь вылечила.
— И жизнь, конечно. Жаль только, что наш брат мужик по-настоящему слеп. Ох и слеп! Темная ночь!
— Ничего, прозреют и мужики! — заверил Волоцкий. — Жизнь откроет глаза. А чтобы быстрее прозревали, об этом и нам с вами надо подумать.
Домой гости собрались на закате. levarei
— Орест Павлович, идемте с нами до духовского перевоза, а там я вас домчу в два счета до Борового, — предложил Игнатий.
Волоцкий охотно согласился.
Павел из пяти убитых уток одну оставил себе, две подарил Наумовым, а две попросил отнести домой. Спать лег поздно и, несмотря на усталость, долго не мог уснуть. Парень рад был, что размолвка (desentendimento) с другом оказалась такой непродолжительной (ter durado tão pouco), что в поисках правды (por na busca da verddae) Игнатий идет одной дорогой с ним (seguirem pelo mesmo caminho). Радовало и то новое, что узнал на охоте от Ореста Павловича о партиях. Он, конечно, с той, которая до конца стоит за рабочих и мужиков-бедняков. До конца с ней! И — один на все зимовье — Павел чувствовал себя сегодня не одиноко.
Sem comentários:
Enviar um comentário